20 ноября
Слухи, слухи, слухи... Этому способствует масса офицеров, находящихся здесь в тылу, в Нарве. И морских офицеров много. Часть с танков, которые теперь в Ревеле. Эстонцы не пропустили с ними личный состав. Часть офицеров, переведенная для формирования танкового полка и за прекращением этого формирования оставшаяся не у дел. У меня не хватает духа сказать этой массе офицеров: все равно вас перережут как цыплят; возьмите винтовки и идите на фронт стрелками. Если бы все недорезанные еще буржуи взяли ружья, может быть, еще и отбились бы. Правда, я мог бы просить назначения морских офицеров по полкам, но теперь и не найдется полка в лесах и болотах, штабы не знают, где кто находится, потеряли связь. Да и по существу-то дела сейчас поздно, и все это офицерство не принесет, в отступающей в страшном беспорядке армии, большой пользы, а лишь погибнет бесплодно. Потом будут говорить, морские офицеры сидели в тылу, но здесь же на ситцевой фабрике 60 сухопутных артиллеристов. Вообще ужасная организация армии, у которой сейчас около 7 тысяч штыков и более 7000 повозок в обозе. Около 3 тысяч офицеров на учете и только 400 на фронте... Ужасно (Далее вырезана часть текста объемом около 300 знаков. — Примеч. публ.)
Само собой разумеется, чтобы ни душой, ни телом не <1 нрзб> в бермонтовские истории. Но дело в том, что оказывается, что корпус Арсеньева, перейдя Нарову, направляется якобы на Юрьев... т. е. как будто на присоединение к Бермонту
423. Эдакий негодяй!
424
Вечером Прюссинг со своим апломбистым видом долго распространялся на тему о неспособности Н. Н. командовать армией ((Далее вырезано одно слово. — Примеч. публ.) прав, этот наглый человек, пользующийся до настоящей минуты и кровом, и хлебом Юденича), о ненависти к нему эстонцев, в частности Теннисона, будто бы сказавшего Родзянко, что он что-то сделает, но сделает никак не для Юденича, а... для него, для Родзянко. Подозрительно что-то! Прюссинг сказал даже, что на Кавказе Юденич был нулем, а все делал какой-то Драценко
425. «Рыба с головы воняет», — повторил несколько раз Прюссинг, с видимым удовольствием передавая подробности о дезорганизации армии. Я отвечал довольно резко. (Далее вырезана часть текста объемом около 180 знаков. — Примеч. публ.)
Изредка доносится стрельба, не очень отдаленная. Гаубицы стреляют версты 4 от Нарвы.
Подумать только о тысячах неодетых, необутых, голодных людей, ночующих сейчас в лесу, получающих вместо хлеба муку, которую хоть ешь так, а многие и ничего не получают.
Низменная, низменная, низменная, умственная и нравственная леность у всех и у меня. Отправил же я куда-то, черт знает зачем мои вещи. Там у меня были теплые носки. Фуфайки, башмаки... Человек — подлец!!
<< Назад
Вперёд>>
Просмотров: 4115